Вот это сноб!  - Ви Киланд

– Ты нормально себя чувствуешь?

Я обсуждал бизнес с Бретом Аллендейлом в течение трех четвертей часа, а потом нашел Сорайю во дворе, где она смотрела на закат над водой. Я встал у нее за спиной и обнял ее за талию.

– Все хорошо.

Машинально я погладил ее плоский живот. Вокруг нас ходили люди, поэтому я понизил голос.

– Мысль о том, что мой ребенок, возможно, растет внутри этого прекрасного тела, совершенно невероятна.

– Грэм…

– Я знаю. Ты думаешь, что еще не готова. Но я уверен, что ты будешь удивительной матерью. Ты очень рассердишься, если я тебе скажу, что часть меня надеется, что ты беременна? В этом случае у тебя не останется другого выбора, как примириться со мной. – Я отвел ее волосы в сторону и поцеловал в шею.

– Могу я задать тебе один вопрос?

– Любой.

– Если бы я была беременна, ты бы захотел воспитывать ребенка вместе со мной?

– Разумеется. Почему ты вообще об этом спрашиваешь?

– Не знаю. Я просто устала и нервничаю. Думаю, в этом дело. День был длинный.

– Что ж, тогда давай увезем тебя отсюда поскорее. В любом случае ты, должно быть, уже валишься с ног.

Когда солнце совсем скрылось за горизонтом, я решил, что нам пора уходить. Я заметил, как Хлоя дважды зевнула. По ее виду было ясно, что долго она не продержится. Малышка сидела за детским столиком с другой девочкой и что-то лепила из ярко-розовой глины. Я поставил маленький стульчик для Сорайи и подмигнул ей.

Мы оба сели.

– Что ты лепишь?

– Снежную бабу.

– Розовую снежную бабу?

Хлоя перестала мять глину и посмотрела на меня так, будто я только что сказал что-то смешное.

– Это снежная баба-девочка.

– Тебе понравился твой праздник, Хлоя? – спросила Сорайя.

– Понравился. Но он еще не закончился. Мой день рождения длится весь уик-энд.

Сорайя хмыкнула:

– В самом деле?

Хлоя быстро закивала:

– Завтра утром, когда мы проснемся, мы будем есть блинчики с шоколадными чипсами и пить клубничное молоко.

– Мне жаль, что мы это пропустим. Звучит восхитительно, – сказал я.

– Почему ты это пропустишь? Ты поздно просыпаешься?

– На самом деле нет. Но мы не останемся здесь на ночь, солнышко.

– Ты не хочешь со мной позавтракать?

– Разумеется, хочу.

– А кто соберет остальные мои игрушки утром? Мамочка сказала, что ты соберешь мою машину и мой дом мечты.

– Она так сказала, правда?

– Ну пожааааалуйста.

Я посмотрел на Сорайю, не зная толком, что ответить дочери. Я редко имел дело с детьми, и я не был готов к тому, чтобы огорчить Хлою, когда я только-только с ней познакомился. Сорайя накрыла мою руку своей и сжала.

– А что ты скажешь, Хлоя, если мы с Грэмом вернемся завтра рано утром и позавтракаем вместе? И он сможет собрать твои игрушки.

– Точно?

Сорайя посмотрела на меня и ободряюще кивнула. Я повернулся к малышке с улыбкой.

– Точно, солнышко.

Мы быстро попрощались с остальными гостями, а потом Женевьева проводила нас до дверей.

– Хлоя очень рада тому, что вы вернетесь утром. Досадно, что вы не останетесь на ночь. Места достаточно. – Мне показалось, что она говорит специально для Сорайи. – Я знаю, что малышка была бы рада проснуться в одном доме с ее отцом, хотя она еще не знает, кто ты ей.

– В котором часу завтрак?

– Утром из города приедет Айвери, чтобы присоединиться к нам. Она будет здесь к девяти. Поэтому, скажем, в девять тридцать?